Удочки в будущее: история одной находки, прокомментированная режиссером-любителем Аланом Сент-Джорджем

Алан Сент-Джордж, отвечает из будущего: 

– В интервью с представителями фестивальной прессы Шеннон всегда приписывала мне больше заслуг, чем я действительно заслуживал за участие в ее фильме. Структура фильма – целиком заслуга Шеннон и ее соавтора Лорел Шпренгельмайер. Помимо некоторых творческих идей, моим главным вкладом было то, что я перерыл коробки с архивными материалами, включая VHS-кассету с «Подтяжкой», которую она затем оцифровала.

…В названии «День, когда Королева Холода сделала подтяжку лица» стоит ли искать отсылку к научно-фантастической классике 1950-х, вроде фильма «День, когда Земля остановилась»?..

– Думаю, ты правильно это подметил. Как бы мне хотелось, чтобы Адрианна была здесь и ответила на этот вопрос. Она родилась в 1950 году, а я в 1952-м, так что мы оба выросли на этих классических научно-фантастических фильмах. Разве можно было в молодости не попасть под их обаяние?

…А сама Королева Холода – откуда она взялась? Это персонаж, которого Адрианна придумала специально для фильма, или она существовала и раньше – в историях или рисунках?

– Некоторые черты этого персонажа были основаны на собственной любви Адрианны к холоду и зиме. Рождество было ее любимым праздником. Она даже убрала радиаторы из нашего дома, а в фильме Шеннон я рассказываю историю о том, как на первый год нашего брака я проснулся со снегом на подушке! Это случилось из-за привычки Адрианны открывать окно и ставить на подоконник вентилятор зимой. Адрианна любила шокировать наших друзей, заявляя: «Я хочу, чтобы в этом доме было достаточно холодно, чтобы развешивать туши, как в морозильнике мясной лавки». А однажды она восхищенно размышляла о поездке на Аляску: «Я могла бы сбрызнуть волосы водой вместо лака, и они замерзли бы именно так, как я их уложила... но при этом переливались бы, сверкали и сияли». Конечно, Королева Холода – настоящая злодейка, но благодаря уникальному исполнению Адрианны она все равно выходит забавной и цепляющей.
Я был бы несправедлив, если бы не упомянул Снегурочку из русского фольклора... Хотя, в отличие от Королевы Холода, она персонаж добрый и благодетельный. И, конечно, все знают Снежную королеву Ганса Христиана Андерсена. В его произведении и правда есть тема «добра против зла».

2025 год, ноябрь-декабрь, в поисках «Королевы Холода»

Любопытство и желание посмотреть фильм Адрианны и Алана подкреплялось приглашением моих подруг Полины и Кати [2] выступить куратором Фестиваля невидимого кино, намеченного на весну 2026 года. Кинофестиваль (любой) можно сравнить с механизмом, который разнообразно взаимодействует с фильмами: он умеет многое, но для «Королевы Холода» мог бы сделать, кажется, самое простое и самое важное – предоставить фильму и зрителю место. Так просмотр превращается в событие – пусть и негромкое – и вписывается в дополнительный контекст, обогащается им.

Остается найти фильм и надеяться, что он оцифрован полностью. Полетели письма к кураторам, прокатчикам, к Шеннон Уолш, но без особого прогресса в поисках по разным прозаическим причинам. И почему-то лишь после неудачных попыток я наконец додумался до самого простого – выйти на контакт с самим Аланом. 
Адрес alanstgeorge.com я нашел в несколько кликов. Обаятельный и, чего уж, обаятельно старомодный сайт походит на обширное портфолио с кучей разделов. Впрочем, уже по «Адрианне и замку» было понятно, что Алан в своем творчестве заходит на самые разные территории – от иллюстрированных книг до статуэток Гудини, Элвиса, Бигфута, антропоморфных лягушек. Кстати, о последних. В фильме Уолш Алан упоминает, что кино тоже было частью его художественной жизни. И вот один факт, который мне показался просто великолепным: он работал над фильмом «Лягушки» (Frogs, 1972, реж. Джордж МакКоуэн), эко-хоррором о том, как природа мстит семье богачей. Если я правильно помню, Алан как раз создавал для фильма фигуры монстров. Интересно, как он попал на эту работу? И были ли другие фильмы, в которых он участвовал как создатель существ, реквизита или декораций?..

Алан Сент-Джордж, отвечает из будущего: 

– Я вообще не был задействован в производстве этого фильма. Тогда мне было 19 лет, и я учился в Чикагской академии изящных искусств – изучал скульптуру, живопись, историю искусства, покадровую и стоп-моушен анимацию, рисунок с натуры, дизайн, цвет, архитектурный чертеж... Очень эклектичная программа.

Я был очарован фильмами ужасов с тех пор, как в детстве посмотрел «Франкенштейна» ночью вместе с кузеном в его родительском викторианском особняке... Пожалуй, только замок был бы более подходящим местом для просмотра такого фильма! Мне было тогда шесть с половиной. Родители не знали, что мы включили канал с классическими фильмами, чтобы посмотреть эту фантастическую картину с Борисом Карлоффом. Несколько недель после этого я спал при включенном свете в спальне – настолько пугающим было для меня исполнение монстра Карлоффом. Будучи молодым художником, для меня было естественным пытаться воссоздавать классических монстров из мира кино… Возможно, чтобы побороть детский страх. К старшей школе я уже перешел к работе с пластическими латексными накладками, пытаясь воссоздать грим таких монстров, как Франкенштейн, Человек-волк и других. Не для фильмов – просто так... А затем фотографировать результаты. В то время я брал читать журналы Famous Monsters of Filmland у моего друга – у него была подписка... Я так завидовал! Из статей и фотографий я впервые узнал о Джеке Пирсе, авторе великолепного грима для Франкенштейна Карлоффа.

Мои любительские попытки воссоздания получили дальнейшее вдохновение от «Планеты обезьян». Джон Чемберс был пионером в области пенолатексных накладок в то время, а еще великий Дик Смит со своим возрастным гримом для таких фильмов, как «Маленький большой человек» и «Крестный отец», а также хоррор-гримом для «Изгоняющего дьявола». Для 16-летнего любителя работа с пенолатексом – это слишком сложно и дорого. Поэтому я использовал обычный латекс, который заливал в гипсовые формы, сделанные со слепка моего собственного лица, и потом лепил из глины трансформационные наросты.

Перенесемся в 1972 год, к фильму под названием «Байки из склепа». Его премьера состоялась в чикагском театре Oriental Theatre с большим вечерним конкурсом костюмов и денежными призами! Я потратил четыре часа на наложение грима Человека-волка, а затем час ехал туда. Когда я появился в полном гриме и с когтистыми руками на парковке в центре города, служащий спрятался за колонну, так что я припарковался сам. В билетной кассе женщина средних лет съежилась за стойкой и махнула рукой, пропуская меня бесплатно. В фойе репортер Chicago Daily News сфотографировал меня – я присел, угрожающе склонившись над гробом, в котором лежал манекен вампира. Статья потом вышла под заголовком «Монстры под лупой в Чикаго-Луп!» [3]. Эти моменты укрепили мою уверенность перед конкурсом.

А потом все пошло прахом! Победителей определяли зрители по громкости аплодисментов. Мой грим был довольно неплох для тех лет, но только при взгляде вблизи. Важно понимать, что Oriental Theatre был построен в 1926 году в эпоху «дворцов кино» и вмещает более 2200 человек. Мои четыре часа сложного грима выглядели не очень эффектно в таком огромном помещении. Кто победил? «Хиппи» с длинными до плеч волосами вышел на сцену в резиновой маске Ричарда Никсона, нашего тогдашнего президента, и, подняв обе руки, показывал пальцами V for victory. Толпа сошла с ума! Однако моя история на этом не закончилась.

Та газетная статья привлекла внимание директора по продвижению компании American International Pictures, у которой был офис в центре города. Он разыскал меня через статью и нанял для продвижения фильма «Лягушки», который вышел в том же году. Так что все, что я сделал для «Лягушек» – это ходил вверх и вниз по Стейт-стрит в Чикаго в костюме лягушки, который сшил сам. Голову я сделал, используя технику папье-маше на проволочной сетке, которую только что освоил в Академии. Я носил сэндвич-вывеску с надписью «Смотрите „Лягушек“ сейчас в Oriental Theatre» и раздавал прохожим маленькие прыгающие игрушечные лягушки. Во время этой акции шел дождь, поэтому ее пришлось прервать. У меня до сих пор хранится бумажный корешок от чека на 25 долларов, который мне заплатила AIP – целое состояние для голодающего студента-художника в 1972 году! Эта лягушка привела к тому, что я бросил школу и основал свою международную компанию Facemakers, Inc. по производству маскотов. А остальное, как говорится, уже история.

…А что насчет любимых монстров? Гремлины, существо из «Нечто» Джона Карпентера, скелеты и циклоп Рэя Харрихаузена? Или, может быть, что-то из бестиария Роджера Кормана? …

– Все они великолепны, и многие другие тоже – я получал огромное удовольствие от них на протяжении многих лет, но мое сердце навсегда принадлежит «Франкенштейну» и его блестяще стилизованному продолжению – «Невесте Франкенштейна». В последнем есть безумный ученый, доктор Септимус Преториус, которого великолепно сыграл Эрнест Тесиджер. Предполагалось, что эту роль сыграет Бела Лугоши или Клод Рейнс – оба блестящие актеры, но всегда трудно до конца представить знаменитые роли в исполнении кого-то другого, не так ли? Однако должен упомянуть, что в последнее время я получил огромное удовольствие от множества фильмов про зомби. От пугающей «Войны миров Z» до по-настоящему занятной зомби-комедии «Скауты против зомби».

…Надеюсь, когда-нибудь удастся получить у Алана ответы. Но пока, видимо, придется ждать. С того момента, как я отправил ему письмо, прошло уже несколько недель, совсем скоро Новый год. Ответа нет, и Королева Холода по-прежнему невиданна.

2026 год, 28 февраля-апрель, назад в будущее

В январе-феврале вечерами я отсматривал заявки на участие в фестивале и уже почти смирился с тем, что найти того загадочного режиссера-любителя из замка в Иллинойсе мне не удастся. И вдруг, самым чудесным образом…

По правде говоря, обошлось без особой кульминации. В последний день зимы Алан сам написал нам на почту. Как оказалось, он отзывался уже на мое прошлое декабрьское письмо, но ответ почему-то до нас не дошел, и Алан решил написать еще раз. Начало переписки было положено и вскоре я получил полную версию «Дня, когда Королева Холода сделала подтяжку лица».

Конечно, к моему впечатлению от фильма примешивается радость от удачных «раскопок». Но без ложного остранения скажу – я увидел чистый, незамутненный подражанием праздник любительского кино. Фантазирование о несносной королеве, возраст которой давно перевалил за 2000 лет, не ограничивается феерическими костюмами и интерьерами, показанными уже в фильме Уолш. В записанной на дымный VHS домашней сказке длиной чуть меньше часа нашлось место нескучному сценарию, шуткам и жуткостям, небольшим монтажным трюкам и компьютерным спецэффектам. А друзья Алана и Адрианны на вторых ролях играют в особой манере, которую уже не назовешь ни кринжем, ни кэмповой искренностью. И говоря о фильме в целом: ценность его не в каком-то «умилении» и уж тем более не в банальном «настолько плохо, что хорошо». Хотя бы потому, что фильм не плох. Да, в нем заметны и маленькие сюжетные клише, и предсказуемые ходы. Но гораздо больше здесь сюрпризов и нестыковок: будь то неожиданная и необъяснимая ужимка актера, длинная пауза в повествовании или возвышенный тон и потусторонность. Как и всякое талантливое кино, этот любительский фильм превращает знакомое и привычное в небылицу. И подобные произведения нужно доставать из чуланов на свет. Даже если этот чулан находится за тридевять земель.

– Однажды Королева Холода обнаруживает у себя на лице морщину и осознает, что стареет. Чтобы обмануть время, она решает украсть молодость у самой Весны. Это сердце истории, как я ее вижу. Злодей, сражающийся со временем и судьбой – это мне кажется очень кинематографичным. Была ли эта завязка – волшебница, боящаяся морщины, – способом Адрианны посмеяться над тщеславием или просто прекрасным поводом сделать героиню восхитительно нелепой?

– «Подтяжка» – это, без сомнения, притча о тщеславии. Мне нравится, как ты сформулировал: «Злодей, сражающийся со временем и судьбой». Мы все участвуем в этой битве на протяжении всей нашей жизни, не так ли? Могу сказать, что в 73 года она идет уже вполсилы. Возможно, суть мудрости, которая должна сопутствовать старению, – это принять и довериться Высшему замыслу [4], а не бороться с ним.

– Костюмы Королевы Холода, отношения между персонажами, сказочная атмосфера – все это чувствуется очень связанным с самим замком Хейвенкрест. Был ли замок не просто местом съемок, но и источником вдохновения для сюжета и визуального облика фильма?

– Ты абсолютно прав. Замок Хейвенкрест – это ребенок, которого у нас никогда не было. Все в нашей совместной жизни, даже сейчас, когда я остался один без Адрианны, течет к нему и от него. Каждый ресурс, каждый дар, каждое усилие, вся наша любовь и творческая энергия были вложены в это место, как если бы оно было нашим единственным ребенком, – и по сути так оно и есть.

– В фильме есть момент одновременно забавный и тревожный – Королева Холода прибывает в театр ростовых кукол в поисках новых слуг. Синяя полутьма, левитирующая девочка-зрительница, застывшие мультяшные фигуры ростом с человека – будто что-то из фильма Дэвида Линча. Жутко! Вы упоминали, что в Хейвенкресте есть собственная сцена. Это она, или эпизод снимался где-то в другом месте?

– Да, это определенно самый жуткий момент в фильме, и этот эпизод, вероятно, делает фильм слишком страшным для детей. Мы создали театр в нашем первом здании Facemakers, Inc., здесь, в городе, на Чикаго-авеню, примерно в шести кварталах от замка Хейвенкрест. Я до сих пор владею зданием, но мы перенесли производство маскотов в новое здание дальше по улице, рядом с пожарной частью. Этот театр также использовался в фильме Шеннон. Адрианна и я назвали его Mon Temple des Songes [«Мой Храм Грез» – прим. «Пилигрим»]. Это единственное, что мешает мне продать здание. Я безнадежный романтик и коллекционер воспоминаний и предметов, хранящих энергию прошлого.

– Я хотел бы задать более широкий вопрос о кино – узнать ваши мысли о самом медиуме. Вернемся в 1998 год, когда идея, сюжет, сценарий только зародились у вас с Адрианной. Почему вы решили сделать именно фильм? В вашем случае это особенно интересно, потому что вы – художники с навыками в самых разных областях – и тем не менее выбрали кино.

– В конечном счете, на мой взгляд, ни одно произведение искусства не сравнится с силой фильма – за исключением разве что музыки. Но в кино уже содержится музыка, поэтому оно обретает силу музыки плюс визуальный ряд. Это могло бы стать предметом для хорошего обсуждения с человеком умнее, чем я. У музыки, как мне кажется, есть преимущество – она идет прямо к сердцу. Фильмы тоже могут глубоко нас тронуть, но из-за того, что история рассказывается через образы, она сначала должна пройти через наш интеллект, прежде чем достичь сердца.

– Я думаю, «время» – и даже «искажение времени» – это тема не только «Королевы Холода», но и всей нашей с вами истории. Вот я, родившийся в 1998 году, нахожу вас и ваш фильм – который вы сняли в том же 1998-м, дома, без намерения выпускать его в прокат. И я нахожу этот фильм, чтобы показать его на Фестивале невидимого кино – фестивале, который как раз и фокусируется на таких находках и скрытых сокровищах из физических или виртуальных «закромов». И мне кажется, этот показ пусть и давно снятого фильма важен и актуален, прямо сейчас, в 2026 году – как своего рода прецедент для фестивального сообщества и нашей аудитории.

И возможно, время предоставляет пространство для случая. В вашем вступительном видео, записанном специально для нашего показа, муха садится вам на руку – и остается с вами до конца, словно дрессированная. Вы это замечаете и даже успеваете с ней подружиться. Такой маленький незапланированный момент – но он чувствуется абсолютно правильным. Как вы думаете, случай и совпадение – оказаться в нужном месте в нужное время – особенно важны в любительском искусстве?

– Да, абсолютно все так! Кассета с «Подтяжкой» буквально лежала в настоящем чулане, когда я передал ее Шеннон. А теперь, десятилетия спустя, у нее происходит второе рождение благодаря Фестивалю невидимого кино – через время и через океан. Это наполняет мое сердце благодарностью.

Что касается случая, что ж, моя жизнь – это идеальный пример удачи или того, что мы также можем назвать «судьбой». Встретить любовь всей своей жизни в 13 лет, а затем построить брак, дом и карьеру в мире, о котором никто в моей семье ничего не знал и который они даже не одобряли. Это показывает мне одну Вселенскую Истину, которую все мы, возможно, открываем для себя с годами: мы все непрерывно забрасываем удочки в будущее, даже не осознавая этого.

Примечания: 

[1] Отдельная признательность куратору программы Ивану Лабутину, который во вступительном слове перед фильмом обратил внимание на этот отрывок.

[2] Полина Каменецкая и Катя Бронникова – замечательные исследовательницы любительского кино и просто легенды.

[3] В оригинале: Monster on the Loose in the Loop!

[4] В оригинале: the Grand Design